• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: fanfiction (список заголовков)
00:58 

Фанфичное

И я больше никогда-никогда-никогда не буду выкладывать фанфы в ночь их написания. Никогда. Никогда. Никогда.
Сестра пошла читать. А чтой-то, грит, ты такую сырь вдруг выкладываешь? Пошла и я вслед за ней. Посмотрела на него сейчас, через несколько дней, на относительно чистые, незамутненные футбольными страстями мозги. А оно и правда сырое, даже слегка левое какое-то. Косяки лезут, типа слова "экран" в двух соседних предложениях. При том, что я вообще ж редко пишу ж. Хотелось бы, чтоб при этом без позора :D. Надо задушить в себе холерика окончательно. Чтоб не влиял.
А на битву фандомов кто-то заявку "Моу/Криш" выложил :lol:. Неужели на свете кроме меня есть еще такие психи?

@темы: fanfiction

19:23 

Когда-то мы с подругой в слезы уржались после прочтения на ФБ фанфа про роман Бенедикта Камбербэтча и девы по имени Виталина. Тогда мне казалось, что вот же оно, дно.
Ха.
Прогресс не стоит на месте. Сегодня ночью, трепясь с Нато, я зашла на ФБ и наткнулась на творение о Неймаре и Мелиссе. Дорогая мама. Обожемой. У меня уже сутки болят глаза.
Будь я злой дядька Черномор или еще какой-нить начальник, я б законодательно запретила фанфы с мерисьюхами, при чем не только в футбольном фандоме, а вообще. Это же невозможно, громадяне. Это же просто zum Kotzen, и мне не подобрать русского аналога, точнее выражающего ощущения при прочтении уже только шапки.
Я допускаю, что есть хорошие мерисьюшные фики. Не встречала их ни разу в жизни, но возможно они где-то есть. Но количество словесного дерьма, которое 15-17-летние клавы выливают в мир в рамках своих творческих потуг, это страшно. Это угроза для любого интеллекта, входящего с этим творчеством в любое, даже мимолетное соприкосновение. Можно на всю оставшуюся жизнь перестать читать фанфики.
Кажется, я знаю, что есть абсолютное зло. Это “обыкновенная девчонка” в сочетании с Неймаром или Маркоройсом. Завели б они на ФБ отдельный тэг для мерисьюшных фанфов. Вот не могу прям, чесслово.

@темы: страдания немолодого вертера, fanfiction

01:22 

Фанфик, чо

Натошко, хороший мой, с днюхой тебе и здесь, и еще раз :squeeze:. Люблю тебя. Будь здоровенькой и счастливенькой, и вообще будь :heart:.

Название: Молча
Бета: Natoonai-Vydra
Пейринг: Марко Ройс/Марио Гетце
Рейтинг: NC-17
Примечания автора: Писалось в качестве деньрожденного подарка, но, как всегда, ни на что не претендую, никем не владею, от всего отказываюсь, ни о чем не прошу :D.


Они не разговаривали друг с другом несколько месяцев. Практически, с момента отъезда Марио в Мюнхен. Что-то треснуло между ними тогда и не желало зарастать. И, видимо в связи с тем, что отход друг от друга у них был не постепенным, а резким, будто мачете рубанули, боль, которую он причинил, никак не проходила.
- Как будто кто-то близкий внезапно умер, - ни к кому не обращаясь, бурчит Ройс, глядя в окно автобуса, подъезжающего к Signal Iduna Park. Вообще-то, он хотел про себя, но получилось почему-то вслух.
- Или как будто ногу отрубили, - в тон произносит Кевин.
- Э? - Марко недоуменно поворачивается к соседу.
- Ну ты ж о Марио сейчас, разве нет? - спокойно спрашивает тот, и Марко нечего ответить. Верно. О Марио. Телепат хренов.
Марко изо всех сил старается забыть о Гетце. Пытается заполнить хоть чем-нибудь возникшую в его жизни дыру, но ничего не выходит. Заменитель сахара только похож на настоящий сахар. Иногда ему кажется, что даже если б они наорали друг на друга перед расставанием, поссорились, разосрались бы вчистую, все равно было бы лучше. Потому что тогда было бы понятно, на каком свете они находятся, на каком этапе их отношения, кто они друг другу.
А не так, как сейчас.

Марко - не любитель копаться в себе. Вся эта канитель с эмоциями капитально выбивает его из колеи. Ему требуется несколько месяцев, чтоб сладить со своей смутной тоской, чтоб научиться пресекать попытки думать о Марио, чтоб не уступать искушению повспоминать на досуге старое, и, как теперь кажется, исключительно доброе, чтоб прекратить, наконец, переживать. Но в конце концов он справляется, устаканивает себя обратно в привычный быт. Поэтому, когда поздним вечером, мокрым и ветреным, в его дверь звонят, он открывает, не спрашивая, и видит на пороге знакомую фигуру, он совершенно не рад. Ну вот зачем? Ему это уже не нужно. У него все в порядке. У него все наладилось. Жизнь заново стала на рельсы.
- Проходи, - произносит он после долгого колебания и отступает в сторону, неохотно настраиваясь на сложный диалог, готовясь к выяснению отношений, вяло произнося про себя: “Какого хрена”.
Диалога не происходит. Марио, ссутулившись, вваливается в прихожую, снимает бейсбольную кепку, сминает ее в руках, поднимает глаза на Марко, как раз сочиняющего привественную фразу, которая бы ни к чему не обязывала, не звучала бы ни слишком резко, ни слишком надуманно, и не выдавала бы при этом его нежелания видеть этого человека. Они смотрят друг на друга с секунду, и Марио вдруг хлопается на колени, подползает к Марко, стаскивает с него домашние спортивные штаны вместе с трусами до середины бедер, со всхлипом хватает ледяной ладонью висящий тряпочкой член и начинает остервенелый, хлюпающий минет. Марко, вжавшись спиной в обшитую светлым деревом стену прихожей, не издает ни звука. Ошалелое “Что за…?” обваливается у него с языка и растворяется в абсолютной пустоте без слов и мыслей. Единственное, на что еще хватает остатков его сознания - это удержаться в вертикальном положении и не сползти по стене на пол. Оргазм сотрясает его от корней волос до самого основания души. Кажется, он издавал какие-то звуки - то ли стонал, то ли рычал, но сам он в этом не уверен. С трудом открывая глаза, он пытается нашарить в расплавившемся мозгу хоть одну мысль и засунуть ее в хоть какую-нибудь словесную форму. Но ему не предоставляют ни малейшего шанса на общение. Марио вскакивает, обтирая губы тыльной стороной ладони, на миг приближает свое лицо с полными слез глазами к лицу Марко, смотрит на него так, будто видит в последний раз перед смертью, поворачивается и опрометью выбегает из дома. Ройс остается стоять со сползшими до колен штанами, прижавшись к стене голым задом. “Что за…?” - спрашивает он у захлопнувшейся входной двери. Дверь не отвечает.

После этого случая Марко несколько недель ходит сам не свой. Новое душевное смятение заново перекуролешивает его только-только устоявшуюся жизнь. Он больше не может злиться на Гетце и не может понять, что же он теперь по отношению к нему чувствует. Что это вообще было такое? Извинение? Признание? Потихоньку он созревает до мысли позвонить Марио и попробовать с ним поговорить, но до звонка дело так и не доходит, потому что однажды поздним вечером предмет его переживаний вновь врывается к нему с визитом. Потом опять. И снова. И так каждые несколько недель. Всегда неожиданно и всегда по схожему сценарию, разве что с небольшими вариациями. И уже после третьего раза Марко входит во вкус. Да и кто бы не вошел? Он не задает Марио вопросов. Они вообще не разговаривают друг с другом - у них нет на это времени. Единственное, что его немного смущает - это слезы в глазах Марио. Но человек привыкает ко всему, и смущение вскоре исчезает, а потом исчезают и слезы.

Как ни странно, их молчаливые, спешные, на грани истерики, ночные оргии не оказывают влияния на их футбольную жизнь. При очных встречах в коридоре перед выходом на поле и во время самой игры Марко не чувствует ни волнения, ни дискомфорта и не видит их признаков у Марио.

Когда их вызывают в сборную, у Марко мелькает надежда на учащение свиданий. Но все их встречи проходят исключительно при свете дня - на тренировочном поле, в столовой и в раздевалке. И Ройс без труда справляется с легким разочарованием. Все-таки, пространство, на котором они обретаются в сборной, весьма невелико. Быть замеченным - нечего делать. А провоцировать сомнительным поведением консервативного и скорого на расправу Лёва перед чемпионатом мира, конечно же, никто из них не рискнет, так что все правильно.

Зато Марио появляется на его пороге уже на следующий день после возвращения из сборной. В этот раз Марко успевает подхватить его под мышки, предотвратив падение на колени. Он подтаскивает Гетце к себе, накрывает раскрытым ртом его губы, заталкивая между ними язык и отгоняя куда-то в затылок потрясение от собственного поступка - он, Марко Ройс, в здравом уме, твердой памяти и по доброй воле целует мужчину. В первый раз жизни. Марио отвечает на поцелуй. Не сразу, но отвечает. У него холодные, шершавые от щетины щеки, сухие губы и изо рта пахнет мятной жвачкой. Видимо, выплюнул перед тем, как войти. Они отрываются друг от друга, переводя дыхание.
- Марко, - шепчет Гетце, чуть отстранившись, - послушай…
- Шшшш… - Марко прижимает указательный палец к его губам, - пошли на диван.
- Я не могу… У меня самолет…
- А мы быстро. А потом я тебя отвезу. Успеешь.
- Но… - Марио еще бормочет что-то шепотом, но Ройс не слушает, тащит его в сторону дивана в гостиной, и он сдается. Они ведь столько месяцев прекрасно справлялись без слов. Может быть, им вообще необязательно разговаривать друг с другом.

@темы: fanfiction

01:48 

Бессонница

Ночной ангст Криштиану. И нет, я не могу перестать их писать, убейте меня веником.

Название: Бессонница
Бета: Natoonai-Vydra
Пейринг: Криштиану Рональду / Жозе Моуринью
Рейтинг: NC-17
Примечания автора: Автор с упорством достойным лучшего применения пишет Рональду/Моуринью и ничего не может с собой поделать.
Ни на что не претендую, никем не владею, от всего отказываюсь. Всё описанное - враньё и выдумки, увы.

читать

@темы: CriRo, Моу, fanfiction

22:09 

Флейта

Название: Флейта
Бета: Natoonai-Vydra
Пейринг: Криштиану Рональду / Жозе Моуринью
Рейтинг: NC-17
Дисклаймер: Все чушь, все поклёпы, наветы и неправда. Выкладывается после жестокого пинания от многотерпеливой Natoonai-Vydra :D

В неприметном кафе, куда они зашли потрепаться, Криштиану никогда раньше не был. На первый взгляд, вроде бы, и ничего место - тихо, прохладно, даже сумрачно слегка, народу немного. Но это на первый взгляд. Стоило чуть присмотреться, и становилось заметно, что помещению с низкими, обшитыми деревянными панелями потолками, не повредил бы ремонт. Бармен, наверняка, хозяин забегаловки - пожилой и уставший. И в официантках у него ходят две такие же уставшие, пожилые полные женщины. Наверняка, какие-нибудь его родственницы. Одним словом - семейное предприятие. Криштиану подобные заведения терпеть не может, но Фабио они по какой-то причине нравятся. И, так как выговориться и излить душу нужно было именно Криштиану, а Фабио уже не в первый раз стоически это дело терпел, то Криштиану и не возражал, когда его сюда затащили.
Отсутствие людей в кафе объяснялось отнюдь не его элитарностью, а сиестой. Странно, что они вообще работают в это время суток. Видимо, на туристов рассчитывают, потому что запах из кухни так себе, сок, хоть в меню и написано, что свежевыжатый, но на вкус - точно из пачки, и кофе, по утверждению Фабио, тоже так себе.

Они сидят в углу, под кондиционером. Поблизости никого нет. Ближайшие уши принадлежат усатому лысому дядьке, хозяйничающему в центре зала за высокой барной стойкой темного дерева. Но, хотя разговор идет по-португальски, Криштиану все равно старается говорить потише. Мало ли.
- Мы можем, наконец, сменить тему? Задрало уже... - у Фабио в голосе откровенная усталость, и Криштиану осекается.
- Что?! - возмущенно спрашивает он. - Ты что думаешь, мне по кайфу об этом говорить?!
- Понятия не имею, - Фабио ставит на стол опустевшую кофейную чашку. Со стороны может показаться, что он избегает смотреть на своего собеседника. Возможно, так и есть.
- Я понятия не имею, - повторяет он, - но ты говоришь о нем все время, понимаешь? Все. Время. Как только мы остаемся вдвоем. Иногда бывают, конечно, просветы, но сегодня ты больше вообще ни о чем другом не разговаривал. Это ж сдохнуть можно...
Криштиану вспыхивает и с трудом сдерживается, чтоб не повысить голос.
- Да потому, что мне обидно! Потому что это предательство, то, что он делает! Потому что какого хрена весь этот треп в прессе! Какого хрена все эти попытки меня уесть!
- Как он тебя предал? Как он тебя уел? - безнадежно спрашивает Куэнтрао.
- Что это за базары с "ненастоящим Рональду", а?!
- И чем именно это тебя обидело? Он же объяснил потом…
- Да что ты порешь! Что он объяснил?!
- Тише...
- Не затыкай мне рот, я и так тихо! Это отговорки грёбаные, его объяснения! Сразу же было понятно, что он это сказал, чтоб меня дерьмом обдать!
- Да каким дерьмом? Что за бред, бля, мужик?! - Фабио раздраженно хлопает ладонью по столу, кофейная ложка звенит о блюдце. - Человек в другую страну уехал, а тебе по-прежнему кажется, что у него только вокруг тебя всё крутится? Он же ничего плохого не сказал вообще! А ты всё повод приебаться ищешь...
В этот момент Криштиану от возмущения делает слишком большой глоток апельсинового сока.
- Это называется "попасть под обаяние личности", - положив обе руки локтями на стол, Фабио подается вперед и наклоняется к Криштиану. После каждой фразы он стучит пальцами левой руки по столешнице, словно точки расставляет: - Ты под него попал, как под поезд, и отчего-то прикипел накрепко. И теперь, когда его нет поблизости, тебя ломает. Но даже в этом случае твое поведение не имеет смысла. Оно ир-ра-ци-о-наль-но, понимаешь? Эй... может, тебя по спине похлопать?
Криштиану мотает головой, отчаянно кашляя в салфетку. Откашлявшись, он вытирает губы и проверяет свою белую футболку на предмет соковых пятен. Нет, не забрызгал. Он хочет объяснить, что "обаяние личности" не имеет с его ситуацией ничего общего, а вот "попал, как под поезд" и "накрепко прикипел" очень даже. Он хочет спросить, что именно Фабио имеет в виду под иррациональным поведением. Но произносит совершенно другое:
- Где ты выцепил такое умное слово, образованный мой?
Какое-то время Фабио молча смотрит на него, щурится.
- В самом деле, - медленно говорит он, откидывается на спинку стула и двумя пальцами выуживает из кармана деньги, - откуда деревенскому быдляку, вроде меня, знать такие умные слова. Да в порнухе надыбал, где ж еще... Другого мы, быдляки, не смотрим, а читать вообще не умеем...
Он встает, бросает на стол рядом с пустой кофейной чашкой мятую пятиевровую купюру.
- Ничего себе чаевые за двухевровую чашку кофе... - начинает было Криштиану.
- Я могу себе позволить, а она за эти три евро целый день на ногах! - неожиданно зло прерывает его Фабио.
- Да ладно...Слушай, давай и правда… - Криштиану примирительно поднимает руку, но ему опять не дают ему договорить.
- Ты знаешь, - продолжает Фабио, с какой-то жалостью глядя на него сверху, - даже такому темному идиоту, как я, понятно, что ты сейчас в жопе. Почему, с какой стати, я не понимаю - необразованный, что с меня возьмешь. Но зато я вижу, как вместо того, чтоб попытаться вылезти из этой жопы наружу, ты в нее все глубже погружаешься. Ну, видимо, тебе это нравится, я не знаю.... Так что желаю тебе вонять в ней и дальше, раз это доставляет тебе такое удовольствие...
Он идет к выходу из кафе, по диагонали через зал. Моргая, Криштиану смотрит ему вслед. А потом прикрывает на секунду глаза и почему-то вдруг представляет себе теплую, по-крестьянски широкую ладонь на своей щеке. Полмира за прикосновение. И ему так плохо, так одиноко, так невыносимо больно, что на поверхность внезапно выносит то, о чем он собирался молчать до конца своих дней.
- Я с ним сплю, - говорит он в удаляющуюся спину.
Фабио цепляется за стул, с грохотом опрокидывая его на плиточный пол. На них оборачиваются малочисленные посетители, лысый бармен за стойкой, обе пожилые официантки и проходящая в этот момент мимо открытой двери кафе женщина с маленькой девочкой за руку.
Куэнтрау медленно поднимает стул и возвращается к их столику.
- Ты... с ним... что? - почти шепотом ошеломленно спрашивает он и садится на свое прежнее место. Он смотрит на Криштиану совершенно ошалелыми глазами, будто на живого динозавра в первый раз в жизни.
- Вернее, будет сказать "спал", - ровным голосом исправляется Криштиану, глядя ему в глаза.
- Ты? - потерянно выговаривает Фабио. - Ты же... Я не думал, что ты... Ты же не...
- Гей? - насмешливо уточняет Криштиану. В каком-то смысле он получает удовольствие от реакции собеседника, но троллить того еще больше ему не хочется. Фабио захлопывает рот, всем своим видом выражая мучительное потрясение.
- Не знаю, - сухо произносит Криштиану, - раньше не был... - он задумывается на мгновение и добавляет: - Теперь, наверное, да...
Фабио ничего на это не говорит, смотрит на него во все глаза. Во взгляде ни осуждения, ни насмешки. Просто смотрит, как в пропасть перед прыжком. И Криштиану чувствует необходимость объяснить.
- Я влюбился, понимаешь, - говорит он торопливо, - мне было совершенно все равно... Ну знаешь, ты любишь человека так... что тебе все равно, какого он пола. Ты просто его любишь...
- В... него? - потрясенно спрашивает Фабио, и Криштиану измученно кивает:
- Да.
- Что... настолько?
- Настолько.
Фабио сглатывает и, забывшись, запускает пятерню в нагеленные волосы.
- Нет, ты серьезно сейчас, мужик? В него?! - все еще не веря, переспрашивает он, и Криштиану молча кивает в третий раз.
- Значит, вот почему ты так реагируешь... - Фабио ожесточенно трет рукой щеку. - И все эти закидоны... - он сглатывает еще раз и откашливается. На Криштиану он больше не смотрит, а забуривает взгляд в коричневую плитку пола.
- Это... Он же ушел... Значит, все закончилось?
- Не знаю, - честно отвечает Криштиану. - Я не знаю... Мы поссорились... Крепко...
Они молчат под аккомпанемент тихого гула голосов в кафе, пока Фабио переваривает сказанное. Он почесывается, вздыхает, ерзает и, наконец, осторожно начинает:
- Кто-то еще об этом...
- Нет! - Криштиану чуть не вскакивает с кресла. - Нет! Ты что! Я даже тебе, и то только сейчас… Но ты ж смотри...
- Да ты что! - на этот раз с места чуть не срывается Фабио. - Нет! Конечно, нет! Никому! Что ты, в самом деле, мужик... Разве я не понимаю...
Они снова молчат.
- Слушай, но тогда он, и правда... криво себя ведет…
Криштиану пожимает плечами.
- Сердится, - говорит он тихо.
- Есть за что?
Он закрывает глаза. Теплая ладонь на щеке.
- Да.
- А чего ж ты тогда...?
- Мне тоже есть за что...
- Ну, а виноват кто был? Ну... в ссоре...
К ним приближается пожилая толстая официантка.
- Сеньоры желают что-нибудь еще?
Фабио качает головой, она забирает его чашку вместе с пятиевровой купюрой и благодарно склоняет голову на его "Не надо сдачи":
- Спасибо, сеньор.
Криштиану разглядывает свои сцепленные в замок руки. На большом пальце левой руки у ногтя заусеница, и ему хочется сунуть палец в рот.
- Не знаю, кто виноват... - говорит он. - Сначала я думал, что он. Потом мне казалось, что я... А сейчас я не знаю. Наверное, оба…
- И ты все еще... его... любишь, - то ли спрашивает, то ли констатирует Фабио.
- Да, - грустно отвечает Криштиану. И эта странная смесь грусти с любовью вдруг заполняет его всего без остатка, вытесняя в никуда обиду и все остальные чувства. Ты его любишь. Да. Точки расставлены. Он больше не чувствует гнева.
- Совсем плохо расстались?
Он молчит. Что на это ответишь? А разве возможно расстаться хорошо? Что может быть хорошего в расставании?
- Он делал со мной все, что хотел, - горько говорит Криштиану. - Я ведь на все для него был готов... А он играл на мне, как... на музыкальном инструменте. Как на долбаной скрипке...
Фабио фыркает, и Криштиану удивленно поднимает на него взгляд.
- Ты - не скрипка, - возражает Фабио, - скрипка - это такое, - он делает обеими руками волнообразный жест, изображающий скрипку, - а ты что-то такое... - собрав пальцы рук в щепоть, он будто растягивает что-то в воздухе, - длииинное такое... как... может... дудка какая-нибудь... Вот точно, дудка. Так что, играл он на тебе, как на дудке. С дырками.
- Флейта, - неуверенно предлагает Криштиану. - Пусть уж хотя бы флейта…
- У нее есть дырки?
- Да что ты с этими дырками, блин!
- Есть или нет?
- Есть!
- В нее дуют?
- Да.
- А как её держат, спереди или сзади? - уточняет Фабио.
- Сбоку, придурок...
- Ну тут уж тебе виднее, как тебя... обычно... держали... - в этом его "держали" звучит столько веселья, что Криштиану хочется его стукнуть. Он безуспешно прожигает собеседника взглядом, на что тот не обращает ни малейшего внимания.
- Но, если хочешь, пусть будет флейта, - заканчивает Фабио, с прищуром глядя на пустую, залитую ослепительным послеполуденным солнцем площадь. Когда он поворачивает лицо к Криштиану, у него подрагивают брови и губы. Несколько секунд они смотрят друг на друга молча, потом хором ржут на все кафе. На них опять неодобрительно смотрят.
- Ни фига оно не закончилось, - говорит Фабио, отсмеявшись.
- Фигня! Однозначно закончилось! - Криштиану залихватски машет рукой, но спрятать надежду в голосе, когда он задает следующий вопрос, не получается:
- С чего ты взял вообще?
- А как же оно закончится, если ты его любишь... И вообще... Понимаешь, флейта — это такая вещь: если уж в нее подудел, то это навсегда, мужик. Вот, буквально, один разик, один-единственный подудишь, и все, ты пропал. Потом уже ничего другого не хочешь, только еще дудеть, а потом еще... и еще... И только дудеть, дудеть...
Он ловко отбивает ладонью брошенную в него скомканную салфетку, воровито оглядывается на официантку, футболит салфетку в угол и ухмыляется, глядя на Криштиану, который осматривает пустой стол. Больше бросить нечем.
- Ну чего, пошли?
- Пошли... Сейчас...
Криштиану вытаскивает портмоне.
- Тебя это... Тебе это никак не мешает? - вопрос дается ему с трудом, и он не отрывает взгляда от собственных пальцев, копающихся в отделении для мелочи.
- Что именно? - деловито уточняет Фабио. - То, что я теперь знаю, почему вы по очереди вели себя, как конченые дебилы? Нет, не мешает, зато многое проясняет... - Криштиану поднимает на него глаза, когда он заканчивает: - Слушай, мне все равно, с кем ты там... Ты - мой друг. Остальное... - он пожимает плечами, и Криштиану снова погружает взгляд в отделение для мелочи.
Он выгребает из портмоне все монеты до единой. Сколько там стоил этот поганый сок? Попытка вспомнить не приносит результата, подзывать и спрашивать официантку лень, и он решает иначе. Ссыпает мелочь обратно, вынимает бумажную пятерку, кладет ее на стол и придавливает пустым стаканом.
- Пошли...
- Можешь, когда хочешь, - иронически произносит наблюдающий за ним Фабио. Он уже стоит.
- Иди ты в жопу, - с чувством произносит Криштиану, поднимаясь следом.
- Нее, я больше по писькам. А жопы - это уже твоя специализация, мужик...
Получив жёсткий пинок по заднице, Фабио спотыкается все о тот же стул, но умудряется вовремя его подхватить и предотвратить грохот. Пожилая официантка плывет им навстречу за пустым стаканом, а они под строгим взглядом лысого бармена идут к двери, распахнутой на раскаленную площадь. У Криштиану легко и тепло на сердце. Флейта, так флейта.

@темы: Моу, fanfiction, CriRo

21:37 

Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
01:23 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
01:08 

Протухший фанфик

Возвращаясь к так и не оконченному спору-обсуждению, признаю собственную неправоту по крайней мере в одном пункте. Не все фанфики надо выдерживать. Некоторые надо пить выкладывать свежими, а то они перебродят и испортятся. Привет, Нато, в общем :)
Дописала вчера ночью фигню, которой страдала уже месяца два. И прочитав сегодня на свежую голову, пришла к выводу, что не надо было дописывать. Надо было бросать тогда же, или тогда же, вот такое полуоборванное, без начала и конца, на одних эмоциях выкладывать. А сегодня оно уже не имеет смысла.
Труда жалко. Фанфики, прямо как публицистика или политическая сатира, они стареют. Кто бы мог подумать.

@темы: наблюдальческое, fanfiction

20:25 

Брюзжание

Читанула пару фанфиков на фикбуке. Как будто сырой картошки наелась.
Нет, хорошего валом, в самом деле. Некоторые пишут, прямо зашибись, как талантливо. Я вот на Ганса подсела, перечла все фанфики на футбольную тему. Повозилась пару дней, и еще перечла по разу. Обалденно пишет.
Перлометателей, ясен пень, больше, но это норма, наверное. Другое дело, что после прочтения одного из фиков я поняла, наконец, какое качество является непременным атрибутом заядлого графомана.
Он/она спешит. Он/она не пытается настоять фик. Не пробует выждать пару дней, чтоб писанина дозрела. Не испытывает потребности вычитать еще пару раз, я уж не говорю править. Он/она пишет и выбухивает написанное в эфир тут же. Скорее, скорее, пока не остыло.
В итоге читатель получает пред светлы очи произведение, может быть, и с искрой, но сырое до невозможности. Его б выправить, выдержать пару дней-недель, выправить еще раз. Отдать толковой бете, потом выправить самому еще раз, и будет вам конфета. Ну или, как минимум, хороший фанфик. Но фигли, зачем время тратить? Нарисовали и сразу в сеть, пипл схавает.
И стало мне интересно, вот гостей же недоваренным мясом не кормят, верно? А недопереваренными плодами собственной интеллектуальной активности — легко. Нечутко это как-то. Когда невкусно, обидно потом. Особенно печалит, что вещи бывают реально с потенциалом. А он не прорастет уже никогда, смело можно хоронить. Жалко.

@темы: fanfiction

Point of View

главная